Свобода быть собой

Я не выбирала свою ориентацию. Не выбирала алкоголизм. Не выбирала свою чувствительность, свою психику, свои особенности. — Это то, какой меня создал Бог.

Меня зовут Джина, и я алкоголичка. Моя история — это история про нехватку любви. Про ощущение себя ненужной, неправильной, какой-то не такой. И про огромный стыд, который жил во мне задолго до того, как я осознала, что я лесбиянка.

Мои родители рано развелись и начали жить свою жизнь. Меня растили бабушка и дедушка. Дедушка был функциональным алкоголиком, но, как это часто бывает в семьях с зависимостью, никто не называл вещи своими именами. Всё было «нормально». Нормально было пить алкоголь. Много. Легко. По поводу и без. Нормально было не говорить о чувствах. Не обсуждать боль. Делать вид, что ничего не происходит. Нормально было быть грубым, холодным, даже жестоким друг к другу. И нормально было жить «правильную» жизнь: выйти замуж за мужчину правильной национальности, желательно одобренного семьёй, родить детей, не слишком выделяться и не позорить родственников.

Быть квир-человеком было не нормально. Да и вообще невозможно.

Я очень скучала по матери. Мне её отчаянно не хватало. И как ребёнок я сделала единственный вывод, который могла сделать: со мной что-то не так. Она не рядом, потому что я недостаточно хорошая. И долгие годы смыслом моей жизни стало заслужить любовь. Быть красивее. Умнее. Талантливее. Удобнее. Правильнее. В эту картину никак не вписывалось быть лесбиянкой. Я правда была актрисой, как написано в нашей книге. Я играла роли, надевала маски, жила не свою жизнь. Пыталась быть такой, какой меня хотели видеть. Но любви и принятия это мне так и не принесло.

Когда я начала пить в 13 лет, мне это сразу понравилось. Потому что вместе с алкоголем уходили мои главные чувства: страх, стыд, грусть, ощущение собственной никчёмности.

Под алкоголем я становилась другой. Смелой. Красивой. Общительной. Мне казалось, что я наконец нормальная. Мне больше не нужно было думать о том, как заслужить любовь и принятие. Мне становилось всё равно. И мне очень нравилось не чувствовать боль.

Но когда я трезвела, всё возвращалось обратно. И больше всего мне мучительно хотелось быть нормальной. Просто нормальной. Что это значило - я не знаю до сих пор. Наверное, быть как все. Не чувствовать себя чужой. Не бояться, что люди узнают, какая я на самом деле.

В 13 лет я поняла, что мне нравятся женщины. И решила, что это что-то ужасное. Что если кто-то узнает - меня перестанут любить окончательно. И я просто попыталась забыть об этом. Спрятать это. Сделать вид, что этой части меня не существует. На долгие годы я вытеснила свою ориентацию, хотя, конечно, когда я пила, всё это всё равно прорывалось наружу.

Я много пила, потому что чудовищно устала. Уставала постоянно думать о том, достаточно ли я хорошая. Что ещё мне нужно изменить в себе, чтобы меня наконец полюбили. Устала от ненависти к себе. От страха. От постоянного внутреннего напряжения. Те десять лет, когда я была в активном употреблении, я как будто не жила.

Очень трудно объяснить это человеку, который не сталкивался с зависимостью.

Всё было как в тумане. Я была - и одновременно меня не было. Я как будто не присутствовала в собственной жизни.

Я всё время пыталась начать жизнь заново. Меняла города, работы, партнёров. Пыталась стать кем-то другим. Но куда бы я ни ехала - я везде брала с собой себя. И каждый раз приходила в одну и ту же точку: страх, одиночество, и алкоголь. В какой-то момент я больше не могла пить. Но и жить без алкоголя я тоже не могла. Я хотела умереть. Не потому, что мне хотелось смерти самой по себе, а потому, что я больше не могла выдерживать себя, свои чувства, свою голову, эту бесконечную пустоту внутри.

И тогда я пришла в Анонимные Алкоголики. И постепенно эта пустота начала заполняться. Когда я дошла до четвёртого шага и написала свои страхи, я увидела, насколько вся моя жизнь была построена на страхе. Страхе отвержения. Покинутости. Непринятости. Я увидела, что многие мои отношения были построены не на любви, а на попытке доказать себе и миру, что со мной всё нормально. Что меня можно любить.

И чем дальше я шла по шагам, тем больше понимала: всю жизнь я боялась что, если люди узнают, какая я на самом деле, они отвернутся от меня. Даже в сообществе я долго оставалась закрытой.

Ещё одной огромной частью моего выздоровления стал мой спонсор и пятый шаг. Потому что это был первый раз в жизни, когда я кому-то настолько честно рассказала о себе. По-настоящему показалась. Не образ. Не маску. Не ту версию себя, которую я обычно пыталась продать миру. А себя настоящую - со страхами, стыдом, зависимостью, злостью, болью, уязвимостью. Я никогда до этого не была так откровенна с человеком. Никогда не говорила вслух вещи, которые казались мне чудовищными и невыносимыми. И самое важное - меня слушали. Внимательно. С сочувствием. Где-то мы плакали вместе, а где-то смеялись. И это был настоящий духовный опыт. Такой опыт невозможно потом отменить. Потому что после него внутри остаётся знание: тебя могут принять такой, какая ты есть. Не идеальную. Не удобную. Не красивую только наполовину. Не отредактированную под чужие ожидания. А целиком. 

И после этого уже невозможно продолжать жить так, как раньше. Невозможно снова полностью поверить в то, что ты должна всё время прятаться, играть роли, скрывать одни части себя и показывать только другие. Потому что ты уже знаешь правду.

Что близость возможна.

Что честность возможна.

Что любовь и принятие возможны не вопреки тому, какая ты, а вместе со всем этим.

Однажды после очень тяжёлого девятого шага я пришла на группу и впервые честно рассказала о своих чувствах. Мне было страшно и стыдно. Я была уверена, что после этого меня перестанут принимать. А потом начала понемногу принимать себя сама. Следующее огромное осознание пришло через второй шаг и отношения с Высшей Силой.

Я начала понимать, что не выбирала быть такой. Я не выбирала свою ориентацию. Не выбирала алкоголизм. Не выбирала свою чувствительность, свою психику, свои особенности. — Это то, какой меня создал Бог. И сначала это принесло мне не облегчение, а злость. Потому что я очень хотела быть другой. Хотела, чтобы мне нравились мужчины. Чтобы я вышла замуж за «правильного» человека, жила рядом с семьёй, родила детей и прожила обычную жизнь, в которой не нужно всё время бороться за право быть собой.

Мне казалось, что если бы я была другой - меня бы наконец любили. Но постепенно пришло другое понимание. Когда я не принимаю себя - я не принимаю Бога. Не принимаю то, как Он меня создал. Не принимаю жизнь такой, какая она есть. Всё время спорю с реальностью и пытаюсь переделать себя. И в этом очень много эгоцентризма. Со временем я начала видеть, что в корне моего непринятия лежат страх и эгоцентризм. Эгоцентризм, потому что я всё время была сосредоточена на себе: как я выгляжу, что обо мне подумают, достаточно ли я хорошая, не слишком ли я странная, не заметят ли люди, что со мной «что-то не так». Я была как будто заперта внутри собственной головы.

И именно шаги начали постепенно лечить это состояние.

Потому что шаги учат честности. Смирению. Контакту с Богом. Контакту с другими людьми. Учат выходить из постоянной зацикленности на себе и своих страхах. Я поняла ещё одну очень важную вещь. От токсичного стыда меня лечит вера. И искренняя благодарность Богу.

Анонимные алкоголик научили меня принимать себя. Я наконец узнала, что такое свобода быть собой. Не за правильность. Не за достижения. Не за то, что я соответствую чьим-то ожиданиям. А просто потому, что я есть. Со всеми моими особенностями. Отличиями. Чувствительностью. Ошибками. Историей. Благодаря шагам я научилась прощать себя.

И сегодня я живу свою лучшую жизнь. Не идеальную. Не «нормальную». Не такую, как хотели бы для меня другие люди. А мою. Свободную. Настоящую. Уникальную. И я очень её люблю.

Джина.  

Специально для журнала «Винога».

Если ты являешься членом АА и тебе понравилась эта статья, мы будем благодарны за пожертвование. Информацию об этом можно найти на сайте aavinoga.org в разделе «Пожертвования». Деньги будут использованы для подписки на сайт и платформу SoundCloud. Пожертвования от других читателей, а также новичков не приветствуются.